Терруар долины Дона
Денис Небесный, директор винодельческого хозяйства: «Это у нас «красностоп золотовский», наш донской аборигенный местный сорт, основа наших купажей». Его здесь около 22 гектаров. Рядом «цимлянский черный». Еще Пушкин упоминал об этом винограде. В долине Дона среди степей и береговых склонов выращивают свое, казачье. В хозяйстве 290 гектаров виноградников, больше 80 из них укрывные. Дело, конечно, трудоемкое и дорогостоящее, но заморозки – главный враг урожая. Денис Небесный, директор винодельческого хозяйства: «Низкоштамбовый односторонний кордон, сделано это для укрывки винограда, у нас штамбик всего 25 см, и на зиму мы его укрываем полностью, вал. Где-то вал 50 сантиметров». От капризов природы не всегда можно укрыться. «Вот только начинают появляться первые цветочки. В прошлом и позапрошлом году к этому времени мы уже отцвели. Более позднее начало вегетации. То есть низкие температуры, именно весна холодная. В прошлом году она была более интенсивной, более теплой». Из одного сорта винограда получают разное вино, зависит от того, как долго гроздья наливались под солнцем. Денис Небесный, директор винодельческого хозяйства: «Как правило, у нас подходит «красностоп золотовский», это октябрь. Он должен вызреть, должна наступить именно фенольная зрелость пластических веществ, которая позволяет делать из него очень хорошее вино. Если на розе, ну на розовые, убираем чуть раньше». В этом году на предприятии вплотную взялись за белые аборигенные. Только «сибирькового» почти 20 гектаров высадили. В планах – расширить до 400. А пока новый урожай созревает, в цехах вовсю идет работа. На производстве большие цистерны, бочки, шланги, трубы – выглядит очень масштабно. Татьяна Синицына, корреспондент: «Это урожай прошлого года. Например, в этом нержавеющем термосе хранится сорт белого вина «ркацители». Здесь помещается 20 тыс. литров. Температура хранения тоже определенная, до 12 градусов. Всего же на заводе может храниться до 2 млн литров». Рядом отдыхают «бьянка», «алиготе» и «голубок». Все вина здесь сухие, капризные. А красные казачьи сорта настаивают в дубовых бочках французского происхождения. Для вина хорошая тара как для бриллианта оправа. Гюльбала Зеидов, главный винодел: «Именно в бочке оно становится другое, и потенциал выдержки высокий, большой. Оно и по качеству намного лучше, и по цене дороже в разы». Виноделы и алхимики, и настройщики. Особенно что касается игристого. Пару месяцев оно бродит в бутылках, а потом на осадке может лежать до пяти лет. Гюльбала Зеидов, главный винодел: «Раньше были пюпитры вот такие, вручную делали. Вначале бутылки клали так, потом приподнимали под определенным углом. А потом уже в конце, уже когда угол вообще большой, уже конец. Видите, и вот осадок собирали на горлышке бутылки». После от него избавляются при температуре -25 в специальной установке. Игристое не должно быть мутным. А тихим винам на все про все нужно меньше времени. Мы как раз попали на розлив. Бутылки выстраиваются в шеренгу, как на параде. Татьяна Синицына, корреспондент: «Производительность линии – полторы тысячи бутылок в час. Чтобы вино не окислялось, добавляют азот. Тут же наклеивают акцизную марку и этикетку. А после в короб – вино готово на продажу». Все эти процессы можно увидеть собственными глазами, а еще попробовать лучшее донское вино. Гюльбала Зеидов, главный винодел: «Такую красоту нужно показывать, чем планируете удивлять туриста?» – «Да, готовимся к сезону. Многие туристы изъявляют желание побыть в Ведерниках. Туристический кластер собираем. Здесь, в этом зале маленькие дегустации будут, если группы будут маленькие. Всю историю Дона собрали». На стенде – этикетки, которым по сорок лет. Живая летопись донского виноделия. И каждую страницу здесь готовы перелистать вместе с гостями. Больше новостей в нашем канале в МАХ - https://max.ru/don24tv
Денис Небесный, директор винодельческого хозяйства: «Это у нас «красностоп золотовский», наш донской аборигенный местный сорт, основа наших купажей». Его здесь около 22 гектаров. Рядом «цимлянский черный». Еще Пушкин упоминал об этом винограде. В долине Дона среди степей и береговых склонов выращивают свое, казачье. В хозяйстве 290 гектаров виноградников, больше 80 из них укрывные. Дело, конечно, трудоемкое и дорогостоящее, но заморозки – главный враг урожая. Денис Небесный, директор винодельческого хозяйства: «Низкоштамбовый односторонний кордон, сделано это для укрывки винограда, у нас штамбик всего 25 см, и на зиму мы его укрываем полностью, вал. Где-то вал 50 сантиметров». От капризов природы не всегда можно укрыться. «Вот только начинают появляться первые цветочки. В прошлом и позапрошлом году к этому времени мы уже отцвели. Более позднее начало вегетации. То есть низкие температуры, именно весна холодная. В прошлом году она была более интенсивной, более теплой». Из одного сорта винограда получают разное вино, зависит от того, как долго гроздья наливались под солнцем. Денис Небесный, директор винодельческого хозяйства: «Как правило, у нас подходит «красностоп золотовский», это октябрь. Он должен вызреть, должна наступить именно фенольная зрелость пластических веществ, которая позволяет делать из него очень хорошее вино. Если на розе, ну на розовые, убираем чуть раньше». В этом году на предприятии вплотную взялись за белые аборигенные. Только «сибирькового» почти 20 гектаров высадили. В планах – расширить до 400. А пока новый урожай созревает, в цехах вовсю идет работа. На производстве большие цистерны, бочки, шланги, трубы – выглядит очень масштабно. Татьяна Синицына, корреспондент: «Это урожай прошлого года. Например, в этом нержавеющем термосе хранится сорт белого вина «ркацители». Здесь помещается 20 тыс. литров. Температура хранения тоже определенная, до 12 градусов. Всего же на заводе может храниться до 2 млн литров». Рядом отдыхают «бьянка», «алиготе» и «голубок». Все вина здесь сухие, капризные. А красные казачьи сорта настаивают в дубовых бочках французского происхождения. Для вина хорошая тара как для бриллианта оправа. Гюльбала Зеидов, главный винодел: «Именно в бочке оно становится другое, и потенциал выдержки высокий, большой. Оно и по качеству намного лучше, и по цене дороже в разы». Виноделы и алхимики, и настройщики. Особенно что касается игристого. Пару месяцев оно бродит в бутылках, а потом на осадке может лежать до пяти лет. Гюльбала Зеидов, главный винодел: «Раньше были пюпитры вот такие, вручную делали. Вначале бутылки клали так, потом приподнимали под определенным углом. А потом уже в конце, уже когда угол вообще большой, уже конец. Видите, и вот осадок собирали на горлышке бутылки». После от него избавляются при температуре -25 в специальной установке. Игристое не должно быть мутным. А тихим винам на все про все нужно меньше времени. Мы как раз попали на розлив. Бутылки выстраиваются в шеренгу, как на параде. Татьяна Синицына, корреспондент: «Производительность линии – полторы тысячи бутылок в час. Чтобы вино не окислялось, добавляют азот. Тут же наклеивают акцизную марку и этикетку. А после в короб – вино готово на продажу». Все эти процессы можно увидеть собственными глазами, а еще попробовать лучшее донское вино. Гюльбала Зеидов, главный винодел: «Такую красоту нужно показывать, чем планируете удивлять туриста?» – «Да, готовимся к сезону. Многие туристы изъявляют желание побыть в Ведерниках. Туристический кластер собираем. Здесь, в этом зале маленькие дегустации будут, если группы будут маленькие. Всю историю Дона собрали». На стенде – этикетки, которым по сорок лет. Живая летопись донского виноделия. И каждую страницу здесь готовы перелистать вместе с гостями. Больше новостей в нашем канале в МАХ - https://max.ru/don24tv